«Я вернусь» — сказал в американском блокбастере «Терминатор» будущий губернатор Калифорнии актер Арнольд Шварценеггер. Принцип громкого политического возвращения после ухода совсем в иные пространства стал ключевым в ярославской региональной политике времен кадровой турбулентности.

Кадр из фильма «Терминатор», реж. Джеймс Кэмерон, 1984

В эту зону нестабильности управленческих элит регион попал на излете сытых «нулевых» годов. Долгое время Ярославской областью и Ярославлем управляли «выжившие» в лихих 90-х губернатор Анатолий Лисицын и мэр Виктор Волончунас. Вечные друзья-соперники, политические тяжеловесы лишились постов не по своей воле. Лисицыну освободить место «порекомендовали» после выборов в Госдуму 2007 года. Тогда его место занял Сергей Вахруков, казалось бы, навсегда уехавший из Ярославля.

Бывший соратник Лисицына, бывший спикер облдумы Вахруков в 1999 году всерьез схлестнулся с Лисицыным на выборах губернатора. Выдвиженец партии «Яблоко» тогда превратился в боксерскую грушу для всей обладминистрации и стал персоной нон грата в регионе. Проигравшему Вахрукову пришлось покинуть город — заново карьеру он сделал в аппарате Уральского федерального округа, подтвердив расхожее выражение о «расторопном ярославском мужике».

Возвращение Вахрукова в 2007 году было триумфальным — его главный соперник был повержен в аппаратной борьбе легко и красиво. Формальным поводом для отставки Лисицына стал низкий результат «Единой России» на выборах в Госдуму (впрочем, потом «Единая Россия» в регионе о таких результатах будет только мечтать).

Заняв когда-то желанное место губернатора, Сергей Вахруков не пожалел соратников своего противника Лисицына. Команда губернатора вынуждена была покинуть стены областной администрации практически в полном составе. В ней особенно выделялась группа молодежи — это заместители губернатора Олег Виноградов, Вячеслав Блатов, а также молодые политтехнологи во главе департамента региональной политики — Павел Зарубин и Павел Исаев. И если бизнесмены Блатов и Виноградов вернулись к прежним занятиям, то Зарубину и Исаеву пришлось труднее — работать в области им было практически запрещено. В 2008 году Зарубин был даже снят с выборов в муниципалитет Ярославля и исключен из «Единой России».

Все изменилось в 2012 году на выборах мэра Ярославля. Часть региональной элиты, отстраненной от политики по воле Вахрукова, сделала все, чтобы губернаторский протеже Яков Якушев не пришел к власти в областном центре. Олег Виноградов возглавил штаб Урлашова, а Зарубин с Исаевым создали идеологию его избирательной кампании. Не остался в стороне и экс-губернатор Анатолий Лисицын, оказывавший негласную поддержку всем, кто против связки Вахруков — Якушев.

Сергей Вахруков попытался противостоять этому в привычном аппаратно-административном стиле: победитель праймериз «Единой России» заммэра Сергей Ястребов был отстранен от избирательной кампании и от возможности управлять городом: было очевидно, что с новой городской властью он окажется не у дел. Однако, проиграв аппаратную борьбу за пост мэра Ярославля, Ястребов выиграл. После победы Урлашова на выборах мэра и отставки Сергея Вахрукова именно Ястребова, к недоумению многих, тогдашний президент Дмитрий Медведев назначил губернатором области.

На белом коне вернулись в большую политику и те, кто был обижен Вахруковым: Олег Виноградов стал заместителем мэра, Павел Исаев — директором департамента регионального правительства, а Павел Зарубин мало того, что был восстановлен в ЕР, но избрался в муниципалитет Ярославля и возглавил фракцию партии власти, а в дальнейшем — и сам муниципалитет.

Из проигравших в кампанию 2012 года «не повезло» лишь заместителю мэра Ярославля Владимиру Слепцову, также претендовавшему на должность градоначальника и также исключенному из борьбы по воле Вахрукова. В новом политическом раскладе места для Слепцова не нашлось. Он попытался принять участие в выборах в муниципалитет Ярославля, но проиграл: ему «достался» не лучший округ в центре города и место в партийном списке, что крайне затрудняло прохождение кандидата-единоросса. Как когда-то Вахруков, а потом Зарубин с Исаевым, Слепцов был выключен из политической сферы региона. Как и Вахруков, он покинул родные края и сделал карьеру вне Ярославля фактически заново — в Московской области. И эта карьера оказалась не менее успешной.

История повторилась удивительным образом: снова выборы, снова ошибка исполнительной власти, снова отставка губернатора. Но на этот раз во главе региона поставлен человек, не связанный с местными элитами, — Дмитрий Миронов. И возвращение Слепцова в Ярославль, причем на ту должность, побороться за которую ему не дали в 2012 году, происходит, скорее всего, не по личному желанию самого Слепцова, только успевшего обжиться в благополучных и динамично развивающихся Химках. Владимир Слепцов приглашен в «команду Миронова», и как человек системы, вероятно, не смог отказаться от такого приглашения. Личные амбиции администратор и спортсмен Слепцов научился подчинять административной и командной необходимости. И это сейчас существенно отличает его от собственно ярославской элиты. Не исключено, что именно этот фактор стал определяющим в ожидающемся назначении на пост мэра Ярославля.

Возникает вопрос — что дальше? Новейшая ярославская история показывает, что тактика тотальных «зачисток» политического пространства, эмоциональных действий и отстранения финансово-политических групп от участия в принятии решений как раз и приводит к «синдрому терминатора» — ушедшие бросают «I'll be back» и начинают заниматься подрывной деятельностью или тихим саботажем, всеми фибрами души желая неудачи новому руководству. Пружину можно сжать, но, как только давление ослабнет, она может разжаться. Такая ситуация, естественно, не приводит к консолидации общества и мешает развивать город и регион.

Судя по действиям врио губернатора Дмитрия Миронова (пока что ни один из отправленных в отставку чиновников регионального правительства не ушел «в никуда»), новая команда это понимает. Но вот удастся ли обеспечить сочетание интересов местных и интегрированных в область элит, естественного желания ярославцев жить лучше и реальных финансовых возможностей власти — большой вопрос. Для этого, прежде всего, региону нужны простые и понятные правила игры и направления развития, а, главное, чтобы декларации не так уж далеко расходились с реальными действиями власти.